— Не, это-то он знал. Артём спрашивал… Эээ… — неопределённо покрутил пальцем в воздухе, пытаясь подобрать слова.

Первая вопросительно взглянула на меня.

— Короче, сказал ему, что ты моя сестра, — сдался я.

— А, — вроде бы равнодушно, но с какой-то странной интонацией ответила Рей. — Понятно.

***

— Ну, что, как ты тут? — поинтересовалась Кацураги, заходя ко мне в палату. Выглядела она сегодня не так уж и хорошо — даже мастерски наложенная косметика не могла скрыть залегшие под глазами тёмные круги от перенапряжения и усталости.

— Вроде бы ничего, лечусь потихоньку, — ответил я, загоняя в рукоять магазин «глока», который решил для порядка почистить и смазать. Рей ещё в школе, так что мне было несколько скучно. — А вот ты, командир, чего-то неважно выглядишь.

— Паршивец, — устало улыбнулась Мисато, присаживаясь на стоящий рядом с моей кроватью стул. — Женщинам такого говорить нельзя.

— Извини, — покорно согласился я. — Как всегда прекрасно выглядишь. Только чего так фигово?

— Ты неисправим, — рассмеялась девушка. — Просто у одного начальника одного оперативного отдела одного военизированного института очень много скучной и нудной работы…

— Так, вроде бы, Ангел уничтожен…

— Мало уничтожить противника, после этого ещё необходимо написать целую гору отчётов и рапортов о проделанной работе… — устало вздохнула майор. — Тебе, кстати, тоже нужно будет написать рапорт — теперь от пилотов и это требуется… Как писать помнишь?

— Угу.

— Это хорошо… — протянула Мисато.

Немного помолчали.

— Ты отлично справился, Синдзи, — неожиданно произнесла Кацураги. — Извини, что не могла тебе сказать это раньше, да и просто зайти посидеть подольше не получалось…

— Ничего, я же всё понимаю — у тебя куча работы… Да и уничтожать Ангелов — это тоже всего лишь моя работа, за это меня можно и не хвалить.